Главная

№55 (январь 2016)  

Архив

Тематические разделы

Музыка в Израиле
Классическая музыка
Современная музыка
Музыка по жанрам
Исполнительское искусство Музыкальная педагогика
Литературные приложения
Видеотека

Оркестры, ансамбли, музыкальные театры

Афиша

Наши авторы

 Партнёры

Контакты

 

Приложение

СЛЫШИТЕ?

    Мария Рузанова

        Сотни ярких прожекторов слепят глаза, а уши просто закладывает от оглушительных аплодисментов и криков. Я прищуриваюсь, силясь разглядеть эти лица, но все они сливаются в огромное множество людей, искренне радующихся моей победе. А я плачу и просто не могу пошевелиться, не могу ничего сказать или хотя бы улыбнуться. Плачу, спрятав лицо ладонями и вспоминаю...

        ...Мне было еще 18, когда мы с мамой и папой попали в аварию. Родители отделались ушибами и царапинами, а мне придавило ноги... После долгих и утомительных месяцев тщетных попыток спасти мою способность ходить стало ясно, что ноги отказали окончательно. Не удалось сохранить и сами ноги... 

        Я даже не могла сидеть. Когда меня пытались усадить, я просто кричала и плакала от дикой боли, а врачи лишь разводили руками, говоря, что позвоночник тоже откажет.

        Несколько, казалось, тянувшихся вечно месяцев я лежала и не могла прикоснуться к клавишам фортепиано, которое так печально и одиноко пылилось теперь в углу комнаты.

        Но как же так? Как же все мои награды, заработанные сотнями дней и ночей изможденных репетиций? Как же все предстоящие конкурсы? Как же консерватория?..

        Неужели все буквально за одну фатальную секунду ушло в туманный мир несбыточных мечтаний? Я понимала, что не могу себе этого позволить. Я всегда думала, что живу только ради этого, а ради чего жить теперь? Придумать себе новую мечту?..

        И я ее придумала: я сяду. Что бы ни говорили врачи, и что бы ни чувствовало мое тело, я сяду и продолжу играть, пусть сквозь болезненные слезы.

        Сколько раз я хотела сдаться, когда в очередной раз терпела, сжав зубы так сильно, что челюсть издавала хруст. Думала, что еще одного раза уже не выдержу. Но я выдерживала, снова и снова. Мое туловище медленно поднимали, затем снова опускали, и снова поднимали... Пока не решали, что на сегодня хватит. Видя мое лицо, искривленное от ужаса и мучений, мама говорила мне, что, может быть, стоит послушаться врачей...

        Я ее не слушала. Никого не слушала. И вот, спустя пару месяцев я, все еще с трудом, но уже начала сидеть. Было больно, да, но теперь я могла терпеть, правда, не дольше получаса, но и этого доктора не предвещали.

        Через полгода я сидела уже по несколько часов, и тогда я потихоньку разыгрывала непослушные пальцы, готовя их к новым победам. 

        На конкурсы меня не брали, потому что через каждый час репетиций я просила дать мне передышку, что существенно тормозило подготовку...

        Это было год назад. Мне было 19.

        Теперь мне 20, и я на сцене. Поначалу я стеснялась зрителей, казалось, что мне аплодируют лишь из жалости. И когда я сыграла, запнувшись на одном месте в сложном этюде, испугалась, что получу награду только за то, что отважилась выйти, точнее, выехать на сцену. 

        Но вот я выступила. Я на сцене. Мне хлопают и кричат. Я уже не стесняюсь своего положения. Люди искренне радуются мне, и им не важно, сколько у меня частей тела. 

        И пусть я не победила, а взяла только 3 место, что раньше, несколько лет назад, меня бы несказанно огорчило. Но не теперь. Теперь это для меня истинная победа.

        Я даже не могу ничего сказать, и мое тело неконтролируемо сотрясается рыданиями.

        Не сдавайтесь. Никогда. Слышите?

http://www.proza.ru/2015/04/19/2336

 

.